Майя Ломидзе: «Противопоставлять внутренний и выездной туризм – бесперспективно»

Майя Ломидзе: «Противопоставлять внутренний и выездной туризм – бесперспективно»

29 сентября 2021 года у исполнительного директора АТОР — юбилей. Накануне этой даты поговорили с Майей Ломидзе о ее 27-летнем туристическом пути, о прошлом, настоящем и будущем российского туризма и его главных болевых точках.

— Майя, поздравляем вас с наступающей юбилейной датой! Вы уже 27 лет в туризме, но в последнее время редко даете полноформатные интервью. Давайте сегодня поговорим о вашем туристическом пути. А начать, все же, предлагаю с того, как вы в попали в отрасль?

— В туризме я оказалась еще будучи журналистом. В то время я работала обозревателем в Финансовых Известиях, и писала, как бы это не показалось сейчас странным, на темы сельского хозяйства и химической промышленности.

А в туристической журналистике оказалась волею случая — хотя, как мы знаем, ничего случайного не бывает. Мне хотелось роста — и как раз одна из коллег вдруг рассказала, что есть новая туристическая газета Туринфо, которая ищет сотрудников. На дворе был 1994 год. Так я влилась в туризм.

— Помните тему своей первой статьи о туризме?

— Конечно. Статья была посвящена роскошному отелю Bahía del Duque на Тенерифе. Он тогда только вышел на российский рынок. Помню и то, что мой заголовок Новые места отдыха для новых русских тогда не подошел — его заменили чем-то более бизнесовым, так как издание на туристов ориентировано не было. Как бы то ни было, я втянулась и увлеклась. А уже в 1997 году, через три года, мне предложили стать главным редактором Туринфо.

Исполнительный директор Ассоциации туроператоров (АТОР) Майя Ломидзе

— Насколько то время в туризме было интересней, чем сейчас? Что больше всего запомнилось из того периода?

— Было безумно интересно. То время в туризме вообще было бурным, захватывающим. Атмосфера была совершенно иная, чем сейчас: все фонтанировали новыми идеями, на наших глазах складывалась живая, и, главное, совершенно новая для России отрасль экономики.

Надо сказать, что в Туринфо всегда активно поддерживали информационно внутренний туризм. Но все же самые яркие события происходили тогда в выездном сегменте. Первые чартеры на Кипр и в Испанию, первые шоп-туры в Стамбул… Да-да, нынешнего знакомого миллионам людей пляжного турецкого турпродукта тогда еще не было, а Турцию, которая тогда уже была в списке лидеров, знали, прежде всего, как направление для шопинга. А туроператоры, которые сейчас входят в тройку лидеров рынка по количеству обслуженных туристов, начинали в то время с 2-3 тогда еще не массовых направлений — Тунис, Таиланд.

Что особенно запомнилось — это атмосфера драйва и пионерский дух. Пионерский — конечно же, в смысле первопроходческий… Все делалось с каким-то невероятным вдохновением и смелостью

Вот что особенно запомнилось — это атмосфера драйва и пионерский дух. Пионерский — конечно же, в смысле первопроходческий. В эти годы, по сути, начинал формироваться массовый туристический спрос. Россияне открывали для себя новый и неизведанный, после десятилетий железного занавеса, мир. Все делалось с каким-то невероятным вдохновением и смелостью. Показательно, что в 1995-96 годах на нашем рынке в прямом смысле этого слова гремели такие турпродукты, которые теперь многим туроператорам и турагентам кажутся сложными — например, комбинированные туры Испания+Португалия.

— Как вы оказались в АТОР? Случай?

— Все — неслучайно. В 2006 я стала директором издательского дома Туринфо. В то время начался технологический бум, который затронул и туризм — начиналась цифровизация отрасли, мы запускали новый сайт, осваивали новые инструменты, активно привлекали интернет-рекламу.

Как раз по вопросу создания специального лендинга на сайте Туринфо в 2008 году я приехала на встречу с одним из основателей АТОР — Владимиром Канторовичем. Ассоциация на тот момент существовала год с небольшим. Тогда все туристические медиа как раз опасались, что АТОР затянет всю рекламу крупных компаний на собственный сайт.

И прямо на этой встрече мне предложили возглавить исполнительную дирекцию АТОР. Я думала около месяца и согласилась. И ни разу не пожалела, что ввязалась в эту интереснейшую историю.

— Чем сразу пришлось заняться в Ассоциации? Ведь туроператоры наверняка пытались вашим назначением что-то изменить в организации?

— Да. Участники АТОР тогда поставили перед исполнительной дирекцией довольно амбициозную задачу. Нужно было, чтобы организация стала узнаваемой, авторитетной, чтобы с ней считались и власти, и индустрия, чтобы она стала экспертным центром для СМИ и вообще всех, кто хочет что-то знать и понимать в туризме. Забегая вперед, могу сказать, что эти задачи акционеров АТОР мы на текущий момент даже перевыполнили.

На самом деле тогда пришлось многое создавать с нуля — начиная от сайта до решения организационных и репутационных вопросов.

Так исторически сложилось, что у российского бизнеса, — видимо, повлияло наследие комсомола и профсоюзов в СССР, — всегда было мало доверия к различным общественным организациям. Поэтому с самого начала пришлось сосредоточиться на том, чтобы дать участникам АТОР что-то реально ценное, чтобы они почувствовали от нашей работы живую и осязаемую отдачу для своего бизнеса.

Пришлось многое создавать с нуля — начиная от сайта до решения организационных и репутационных вопросов. Исторически у российского бизнеса всегда было мало доверия к различным общественным организациям.

Мы начали с создания нового сайта, продолжили созданием Правовой службы — с нашим туристическим законодательством она и сейчас служит очень важным подспорьем для бизнеса наших компаний членов. Запустили свою Аналитическую службу — она и по сей день единственная среди других отраслевых объединений. Наладили прямые, неформальные контакты с офисами по туризму зарубежных стран, посольствами и консульствами государств, важных для российских туроператоров по выездному туризму.

Но, на мой взгляд, всего этого тоже было недостаточно для того, чтобы руководство каждой компании, входящей в Ассоциацию, могло внятно ответить себе на вопрос — зачем мы в АТОР?.

— Удалось в итоге всем ответить на этот вопрос? И как именно?

— Во-первых, мы сами спрашивали себя в дирекции об этом, проводили внутренний маркетинг. Зачем, как и для чего должны объединяться компании, которые неизбежно конкурируют между собой на рынке? Что именно мы должны дать своим членам?

Для получения внятного ответа пришлось изучить и опыт зарубежных ассоциаций (ETOA, ASTA, ABTA). И российских, разумеется. Мы созывали в рамках Интурмаркета съезды туристических организаций со всей России. Старались понять, у кого что есть для своих членов, какова мотивация вступления туристических компаний в различные объединения и союзы.

В итоге мы пришли к ответу, который и определил нынешнюю конфигурацию АТОР. В Ассоциации был сохранен клубный принцип: она остается объединением лидеров рынка — крупных туроператоров, и не принимает в свои ряды всех подряд. Особенно после событий 2014 года. Для компаний, которые не являются туроператорами, есть статус ассоциированного партнера сроком на 1 год с продлением. В таком статусе к нам присоединились уже многие национальные туристические офисы зарубежных стран.

Самое важное: туроператоры являются акционерами Ассоциации, а дирекция АТОР — сервисной надстройкой, которая помогает всем участникам объединения решать волнующие их вопросы и проблемы. В это входит и GR, и реклама, и продвижение, и репутационная история. Это получение аналитических данных о рынке, это правовая экспертиза и юридическая помощь. Для всего этого АТОР (кстати, первая на рынке) разработала и предложила своим членам четкие и понятные пакеты услуг.

Дирекция при всем этом не занимается никакой коммерцией — для всех коммерческих вопросов у нас, по решению членов АТОР, было создано Агентство по развитию и продвижению туризма (АРПТ). И это позволяет максимально монетизировать весь наш опыт в разных аспектах туризма, — маркетинге, рекламе, аналитических исследованиях и т.д., — опять-таки в интересах наших акционеров.

Моя принципиальная позиция всегда состояла в том, что дирекция не может и не должна решать какие-то свои проблемы, отличные, а иногда и противоречащие интересам бизнеса акционеров Ассоциации.

И еще один важный момент. Моя принципиальная позиция всегда состояла в том, что сервисная надстройка (в разных объединениях она называется по-разному — правление, дирекция, наблюдательный совет и пр.) не может и не должна решать какие-то свои проблемы, отличные, а иногда и противоречащие интересам бизнеса акционеров Ассоциации. Не должна быть самостоятельным игроком. Увы, но в России так происходит довольно часто: мы уже наблюдали такие неприятные истории и в других отраслях, и в туризме.

В АТОР мы постарались сформировать другую модель взаимодействия: дирекция проводит политику компаний-членов Ассоциации, находится с ними в непрерывном контакте и всегда решает их, а не свои вопросы. Поэтому мы и ни с какими другими объединениями в туризме не конкурируем: все, что делаем — делаем для своих членов. Без оглядки на другие отраслевые организации.

— Какие люди и какие события за 27 лет работы на туристическом рынке России вас больше всего поразили или потрясли?

— На российском туристическом рынке, как сказал когда-то один европейский туроператор, каждые пять лет — кризис. И все те люди, которые создали свой бизнес в туризме в 90-е и которые все эти кризисы пережили и работают сегодня — все они являются для меня яркими примерами невероятной, невозможной ни на каком другом рынке, высочайшей адаптивности к внешним вызовам. Эти люди и компании сейчас в АТОР, и всеми ими я, без преувеличения, восхищаюсь.

Что же касается самых впечатляющих событий… Анализируя весь путь, которой прошел российский туризм, нашу отрасль можно уподобить большому кораблю, который постоянно заходит в разные порты. И как я уже сказала, практически всегда это порты кризиса: кризисы 1998, 2008, 2014 год, 2020 года. Извержение вулкана в Исландии, когда в Европе было невозможно никуда полететь. Решения властей о закрытии Великобритании из-за свиного гриппа и попытки закрыть Египет из-за акул… Много чего можно вспомнить.

Нашу отрасль можно уподобить большому кораблю, который постоянно заходит в разные порты. И как я уже сказала, практически всегда это порты кризиса: кризисы 1998, 2008, 2014 год, 2020 года

Так сложилось, что туризм зависит практически от всего — от внутренней и внешней политики государств мира, от курса валют, общей экономической ситуации, экологии, природных катаклизмов, и, как выясняется, от эпидемиологии… Наш туризм всегда время от времени трясет, и нельзя сказать, что именно больше всего запало в память. Но несмотря ни на что, люди не перестали путешествовать, не перестали доверять свой отдых туроператорам. Это просто такая туристическая жизнь. Такой путь. Дао, если хотите.

— Пока что мы с вами говорили о кризисах — событиях, в основном, отрицательных. А были ли в нашем туризме положительные потрясения?

— Пожалуй, что были. Я считаю, и никогда это не скрывала, что в прямом смысле положительным шоком для отрасли стала политика нынешней молодой команды Ростуризма. Да, все совместилось и с шоком отрицательным — с началом пандемии в 2020 году. Но! В том же 2020 году благодаря действиям Ростуризма сильно сократился список туристических рефренов последних трех десятилетий.

Давайте хотя бы вспомним, что все мы обсуждали, начиная с 90-х, из года в год на любой туристической конференции? Могу еще раз напомнить эти вопросы и темы. Почему власть не слышит турбизнес, отсутствие каких-либо мер поддержки отрасли, отсутствие продвижения внутреннего туризма, невозможность поставить чартеры внутри страны, проблемы с инфраструктурой и сервисом в России, недостаток информации у туристов, куда в России поехать и зачем, необходимость устранения визовых барьеров для иностранных туристов и т.п.

И все это резко поменялось в 2020 году с действиями команды Зарины Догузовой. Власть попыталась впервые вникнуть в тему. И занялась реальными делами.

Поймите: система устроена так, что новая команда могла подхватить эстафету всех предыдущих администраций и — не делать ничего, действовать только и исключительно реактивно, т.е. решая проблемы по мере их поступления. Проактивная позиция вообще не характерна была для отраслевых властей.

Новая команда Ростуризма могла подхватить эстафету всех предыдущих администраций и — не делать ничего, действовать только и исключительно реактивно. Но она не стала так поступать.

Новая молодая команда Ростуризма пробила и меры поддержки отрасли, и кешбэк, и субсидии на чартеры, электронную визу (которая, я очень надеюсь, все-таки будет введена), и изменения в законе и многое другое, полезное для туроператоров и для всей отрасли в целом.

— Но ведь все это только первые шаги. Что еще важного не услышано? Что должно понять государство, если говорить о каких-то глобальных вещах?

— Основное — это первоочередное внимание к въездному туризму и всему, что с ним связано. Да, понимаю, сейчас это может показаться не очень актуальным, но пандемия рано или поздно кончится. Но… у нас до сих пор нет фокуса на въездной туризм.

Все и все время смотрят, считают и пишут о том, сколько и куда у нас выехало граждан. Но практически не анализируют — сколько, кто и откуда приехал, зачем приехал, что интересует их в нашей стране, что происходит на наших основных въездных рынках. А ведь именно въездным турпотоком, количеством и качеством приехавших туристов определяются места стран в рейтинге туристических держав.

Именно въездным турпотоком, количеством и качеством приехавших туристов определяются места стран в рейтинге туристических держав.

Посмотрите на турецкую или греческую туристическую прессу: там практически все новости — о нас, об Украине, о Германии, Великобритании. О странах, откуда приезжают к ним туристы. А у нас даже нет нормальной статистики — кто приезжает к нам на Байкал или в Москву именно отдохнуть. И трудовые мигранты попадают в список туристов. И это очень странно.

Второй вопрос, который тоже важно поднять в этой связи — это необходимость срочного формирования нормальной и достоверной статистики по всем видам туризма. Например, без понимания реальных, а не декларируемых, потоков туристов в регионах России невозможно ни строительство новых объектов, ни инвестпроекты, ни какое бы то ни было планирование вообще.

Прекрасно, что вопрос о статистике в туризме сейчас поднят на уровне Нацпроекта. Но, как показала наша работа в многочисленных рабочих группах, сейчас там обсуждаются скорее философские вопрос — кто такой турист, как его определить, как считать ночевки в гостиницах.

Еще одна наша болевая точка — это налогообложение. Речь не только о налогах на предприятия самого туристического сектора (хотя, конечно, пора бы уже имплементировать такие оправдавшие себя в мировой практике средства, как сниженный или нулевой НДС для туроператоров по въездному туризму или нулевые налоги на прибыль для новых отелей на несколько лет).

Нужен и пересмотр самой системы федеральных и региональных налогов. Сейчас у нас некурортный регион или муниципалитет практически ничего не получает в виде налогов от того, что туда приедут туристы. А надо, чтобы эти налоги оставались на местах — тогда там будут, что называется, кровно заинтересованы развивать инфраструктуру и привлекать новых туристов.

Почитав ведущие издания, иногда можно подумать, что мы не можем просто для себя самих, развивать туризм в России, а не назло выездному туризму.

И наконец, очень хочется, чтобы все, касается развития внутреннего туризма, решалось не в парадигме ложных дилемм. Почитав ведущие издания, иногда можно подумать, что мы не можем просто для себя самих, развивать туризм в России, а не назло выездному туризму. Я считаю, что пора перестать накачивать информационное поле старыми и вредными мифологемами о том, что выездной туризм крадет деньги у внутреннего.

Это не только противоречит самой идее туризма как открытию разных интересных для людей мест, вне зависимости от того где эти места расположены. Это просто ущербный подход. И — унизительный для России. Противопоставление выездного и внутреннего туризма — абсолютно ложная идея.

В любой стране мира, и в России тоже, внутри страны всегда отдыхало и сейчас отдыхает больше людей, чем за рубежом. Это — факт, данность. И нет ни одного итальянского СМИ, осуждающего итальянцев за то, что они летом поехали отдыхать в Испанию, хотя у нас тоже отличное Средиземное море. И в США никто даже не заикается о том, что плохо ездить отдыхать в Мексику, потому что это кража денег у американской экономики.

Если же речь идет о конкуренции России с другими странами за туристов — то нам тогда нужно развивать свой въездной туризм. А не поносить на чем свет стоит туристов, якобы увозящих из страны деньги. Развивать туризм внутренний надо для самих себя.

— Понятно, что для внутреннего туризма нужно сделать массу всего, и об этом можно говорить очень долго. Но если взять какой-то один важный вопрос, который актуален именно сейчас, что бы вы выделили?

— Ассоциация никогда не ограничивалась узко-цеховыми вопросами. Потому что понимание процессов, которые происходят в регионах, в смежных отраслях, важных для операторов, в конечном итоге работает на пользу участников АТОР.

Придерживаясь такой стратегии, 5 лет назад мы начали проводить экспертизу региональных маршрутов. В этом проекте мы не просто оцениваем разные маршруты на предмет их продаваемости, но и стараемся поддержать региональных туроператоров. Мы гордимся, что наш проект поддержан Ростуризмом, и наша идея о брендовых маршрутах вошла в Нацпроект Туризм и индустрия гостеприимства. У нас много планов по совершенствованию работы с маршрутами, по их развитию и поддержке как со стороны государства, так и силами нашей Ассоциации.

Наши эксперты проехали больше 50 регионов Рроссии. И стало понятно, что нам везде остро не хватает современного, внятного туристического интерфейса во всех точках, куда приезжают туристы.

Возвращаясь к вопросу… Работая с маршрутами, наши эксперты проехали больше 50 регионов. И стало понятно, что нам везде остро не хватает современного, внятного туристического интерфейса во всех точках, куда приезжают туристы. Судите сами: любого, кто приезжает в Санкт-Петербург, есть четкая картинка, что там делать, что и где можно получить: ясно, где рестораны, где основные достопримечательности, куда можно сходить вечером, какие там отели, где посмотреть информацию и пр. Пример современного понятного туристического интерфейса — это, например, Роза Хутор.

Но покажите мне то же самое в Рязани, Хабаровске, Звенигороде? Даже в Москве еще только идут к этому. Отчасти создание такого правильного интерфейса наталкивается в регионах на сопротивление поколения, выросшего в советское время. Есть в туризме люди, которые искренне считают, что гостю региона, города, заповедника обязательно нужно некое преодоление трудностей, чтобы посмотреть на что-то интересное, а без этого как-то все скучно.

И моя надежда в этом вопросе как раз на молодое поколение — и туристов, и работников туризма. Они уже много где были, и у них другие, не-советские запросы. Запросы, которые в конечном итоге, сформируют и правильное будущее российского внутреннего туризма. Государству нужно лишь помочь этим запросам найти дорогу к воплощению в жизнь. Или просто не мешать.

Беседовал Дмитрий Середа

Фотография: АТОР

ВНИМАНИЕ:

Еще больше материалов от АТОР — в нашем канале на Яндекс.Дзен.

Читать новости можно, подписавшись на Instagram-аккаунт Ассоциации туроператоров, на канал АТОР в Telegram, или на обновления нашей странички в Facebook и сообщества АТОР «Вконтакте».

Бесплатные онлайн-курсы, вебинары и электронные каталоги туроператоров вы найдете в «Академии АТОР».

Новое: подписывайтесь на официальный канал АТОР в YouTube и вступайте в официальную группу АТОР в «Одноклассниках».